Воронеж БИЗНЕС

«Мы все ругаем чиновников и власть, но среди них немало порядочных людей», – главный редактор издания «Орелтаймс» Елена Годлевская

«Мы все ругаем чиновников и власть, но среди них немало порядочных людей», – главный редактор издания «Орелтаймс» Елена Годлевская

Источник: abireg.ru
Воронеж. 28.01.2022. ABIREG.RU – Аналитика – «Абирег» продолжает проект «Первые», в рамках которого разбирается в тенденциях и проблемах развития регионального медиарынка. В этот раз мы поговорили с главным редактором издания «Орелтаймс» Еленой Годлевской. Она рассказала о том, как губернатор Орловской области выстроил взаимодействие со СМИ, как на публикации журналистов реагируют правоохранительные органы, как независимые СМИ добывают инсайды из правительства, а также о будущем российской журналистики. – Как поменялось положение СМИ в Орловской области с приходом нового губернатора Андрея Клычкова. Предыдущий глава региона Вадим Потомский относился к журналистам скептически, у него различные фразы проскакивали про «чепушил». – Предыдущий губернатор, хоть и позволял себе такие смешные и глупые вещи по отношению к журналистам, но при этом он был более открытым, чем господин Клычков. Было гораздо проще получить информацию и от него, и от его подчиненных. Чиновников от нас не прятали, и пресс-служба, которая работала на Потомского, наоборот, по максимуму делала всё, чтобы обеспечить журналистов комментариями непосредственно от тех чиновников, которые нас интересовали. Я работала в те годы в «Аргументах и фактах. Орел». У нас не было никаких проблем. Нужен тебе замгубернатора по строительству – на тебе, нужен первый замгубернатора – пожалуйста, разговаривай с ним. Скажи, мол, когда – согласуем время, придешь, поговоришь, возьмешь интервью, расспросишь. Сейчас невозможно пробиться к чиновникам. Пресс-служба обрела совершенно иной функционал. Впервые за мою карьеру (а в журналистике я с 1984 года) я узнала по полной программе, что такое редакционный запрос. Мы пишем их пачками, потому что иначе никаких ответов не получить. Нас просто не допускают до людей. Например, мы просим о встрече с новым руководителем Департамента здравоохранения Станиславом Шуваловым, которого назначили в ноябре. Вот уже январь заканчивается, а нам не могут организовать интервью. Предлагают писать запрос. Я так понимаю, оно и не состоится. У нас были вообще глупые эпизоды по взаимодействию, когда руководитель того или иного ранга хотел и готов был встретиться с журналистом. Но ему нужна была формальная отмашка от пресс-службы губернатора. Мы обращаемся в пресс-службу, нам говорят – пишите запрос. Мы пишем, у нас иногда запросы включают 10-15 вопросов, рекорд был 23. – Вы хотите сказать, что открытость Андрея Клычкова является кажущейся? А как же практически ежедневный диалог с орловчанами в соцсетях? – Да, она такая и есть. Ему проще вести диалог у себя в социальных сетях с людьми, которые сталкиваются лично с некими проблемами: кто-то не может уехать из какого-то района на маршрутке, кто-то тест сдать, то есть различные бытовые проблемы. Господину Клычкову с ними общаться проще, чем с журналистами, которые могут задать вопросы не по частностям, а в целом. Мы [поднимаем] серьезные проблемы. Ответов «я разберусь, ваша 21-я маршрутка через неделю будет ходить по расписанию» нам не нужно. Нам нужен ответ, куда вы, ребята, миллионы на транспортную систему «вбухали», почему у нас маршрутки такие, какие есть, и отчего они ходят не по расписанию. На эти вопросы он не любит и не хочет отвечать. У нас же даже брифинги раз в год бывают. У меня такое представление, что он боится журналистов или не умеет вести с ними диалог. Что касается оскорблений, которые позволял себе Потомский, то его пресс-служба пыталась это нивелировать. А теперь? С приходом Клычкова это позволяет себе советник губернатора, у которого, к слову, на этой неделе прошли обыски. Очевидно: если у меня есть человек, с которым я приехала в другой город, доверенное лицо, советник, если я не реагирую на то, что он говорит, не пресекаю, значит, меня это устраивает. – А как губернатор ведет диалог со СМИ, которые финансируются из регионального бюджета? – Они многие вопросы и не ставят, потому что не положено. Понимаете, если вы мне платите заработную плату, то, наверное, я не буду в публичном поле ставить перед вами неудобные вопросы. С другой стороны, так как они не задают эти вопросы или задают их по минимуму, у них есть свои программы на телевидении, в которые они приглашают чиновников. На этих программах лояльные вопросы с такими же ответами, никто никого не дожимает. Тем не менее мы благодарны коллегам, что можем узнать хоть что-то, кроме формальных ответов. Живой диалог есть живой диалог. – Региональные власти прислушиваются к публикациям в СМИ? – Да, власть реагирует. У меня есть опыт независимого издания, в 2004 году я была главным редактором, можно сказать, первой независимой газеты в Орловской области, она называлась «Орловские новости». Тогда какой-либо реакции добиться было просто невозможно от слова совсем. Мы писали, рассылали материалы в прокуратуру, в МВД, в администрацию президента, в правительство РФ. Я не помню, чтобы хоть один [ответ] пришел. Сейчас работать немного проще, потому что, если ты пишешь запрос, то хотя бы какой-то ответ, но будет. В этом смысле чиновники построены. – Обратная связь есть, уже хорошо. – Есть еще депутатские запросы. На них реакция есть всегда. Быстро реагирует прокуратура Орловской области. Если пишешь о каких-то вопиющих вещах, то реакция моментальная, в тот же день. Не в форме «мы прочитали, взяли на заметку», а по-серьезному. Они работают не формализованно, на отписку, а именно на проверку, на какой-то результат. На очень многие проблемы именно прокуратура обратила внимание после публикаций СМИ. Например, по расположению тех же ярмарок выходного дня, где прослеживалась личная заинтересованность мэра Орла. Прокуратура обратила на это внимание, раскрутила. Всё вылилось в уголовное дело. То же самое с Красным мостом. Я здесь не могу сказать о роли ФСБ, потому что это совсем другая организация, но мы понимаем, что какие-то вещи, очевидно, решаются в тандеме, а может, и тройственно – ФСБ, прокуратура и СК. – Вы упомянули о том, что у вас был опыт работы в независимом СМИ в 2004 году. К какому виду СМИ сейчас «Орелтаймс» себя относит? – Абсолютно независимых СМИ не бывает. Всегда есть тот, кто это организует, кто в этом заинтересован. Мне кажется, сложно в России СМИ организовывать как бизнес. Такие случаи тоже бывают где-то. Мы частное СМИ, которое независимо, во всяком случае, от исполнительных городских и областных властей. Всё относительно, но у нас достаточно широкие коридоры. – Несмотря на такую экономическую независимость от власти, вы добываете различные инсайды. Я не прошу вас рассказать, кто вам сливает информацию. Но есть такая практика, правильно? – Есть, конечно. <...> Кто-то с кем-то дружит, а он – чиновник или депутат какого-то уровня, или их друг. Кто-то заинтересован либо, наоборот, не заинтересован в каком-то решении. Хотя мы все ругаем чиновников и власть, но среди этих людей немало порядочных, которых возмущают какие-то вещи. Люди знают, что мы не «сольем» их. А они нас не подставят, не обманут. – Получается, вы лоббируете определенные решения через такие инсайды и сливы. – Не исключено. В какой-то мере. Здесь не столько лоббирование, сколько желание помешать, чтобы то или иное решение вопреки интересам общества не прошло. – Расскажите про Telegram-канал вашего издания. – Мне сложно об этом рассказать. Объясню, почему. У нас он есть, у него даже неплохой рейтинг на фоне Орловской области. По итогам прошлого года канал вошел в Топ-100 самых влиятельных в ЦФО. Telegram-канал мы особо даже и не ведем, просто кидаем свою новостную ленту. Именно оттого что, вы правильно заметили, у нас немало инсайдов, тексты растаскивают, цитируют. – У вас, если посмотреть раздел авторов на сайте, очень большой штат журналистов. Расскажите про свою команду. – Нет, на самом деле он небольшой. Просто у нас технически так прописан ресурс создателями, что мы не можем выставить новость, если там не будет фотографии и подписи. Из-за этого все внештатные авторы (а их у нас очень много) внесены в этот раздел. На самом деле в штате у нас работают четыре журналиста, один контент-менеджер, главный редактор, заместитель редактора, креативный директор, SMM-специалист и режиссер монтажа. У нас каждый сотрудник – человек-оркестр. [По журналистам мы] все ставки не можем закрыть. Работа требует внимания 24/7. Если вы заметили, мы не агрегатор новостей. У нас масса текстовых и видеопроектов. Они требуют времени. Последний год у нас был жестким, порой на ленте у нас вообще один человек оставался. – А у штатного журналиста оклад или он может добирать сверху бонусами? – Нет, у нас оклады. Когда мы этот проект продумывали, то я сразу отказалась от гонорарной системы, потому что ежедневно лента в 30-40 новостей – представляете, какое количество гонораров мне бы пришлось размечать?! Были придуманы оклады, которые в среднем включали гонорары и оклады. Плюс у нас есть премиальный фонд. Допустим, если новость у нас набирает больше 15 тыс. просмотров, то журналист премируется, и это существенная доплата к окладу. – У вас нестандартно оформлены фотографии, это выделяется. Кто это придумал? – Идея принадлежит креативному директору Тимофею Карасеву. Он каким-то образом умудрился соединить две программы. В конце концов, создал то, что стало нашим лицом. На мой взгляд, интересно. – К чему вообще идет орловская журналистика и журналистика в Черноземье, как вы думаете? В ближайшие пять лет она поменяется, останется такой же или будет стагнировать? – Когда мы собираемся в своей редакции и задумываемся о перспективах своего развития, становится очевидно, что в будущем будет сложно. Я сейчас даже говорю не о качестве журналистики как таковой, а о том, как технически будет развиваться эта отрасль. Мы уже зависим не от качества своих текстов, а от робота «Яндекса». Ты можешь создать шедевр, став вторым Гиляровским, Ростом, Муратовым, Венедиктовым, но если робот «Яндекса» по какой-то причине это не оценит, то тебя прочтут только те, кто зашел на твой сайт. Мы понимаем, что выживание СМИ в будущем будет зависеть от того, сумеет ли СМИ найти своего читателя, увеличить его количество настолько, чтобы развиваться дальше. Завтра роботы будут писать и новости. И что дальше? Зачем тогда нужны СМИ? «Яндекс» сам будет создавать этот контент, ему не нужны будут СМИ. Это вопрос времени – произойдет это через 2 года или через 10 лет, никто не знает. Однако мы думаем, что будущее за теми СМИ, которые привлекут конкретные группы своих читателей. Фото с oreltimes.ru

Комментарии

Комментарии могут оставлять только авторизованные пользователи.

Войдите или зарегистрируйтесь