![Казнить нельзя помиловать: эксперты высказались о бизнес-иноагентах Черноземья](/image/photo/eb/ea/0f/269549_s1.jpg)
Казнить нельзя помиловать: эксперты высказались о бизнес-иноагентах Черноземья
Бизнес-издание «Абирег» подводит итоги специального проекта «Рейтинг бизнес-иноагентов Черноземья», целью которого является объективно оценить деятельность компаний с иностранной долей участия. В рамках проекта эксперты высказали свою точку зрения на деятельность иностранных компаний из «недружественных» стран и ответили на ряд вопросов. Главный из них: какие компании с иностранным участием могут получить статус иноагента в связи с антироссийской политикой государств коллективного Запада?
Среди претендентов на статус иноагента – производитель оборудования для сахарных заводов «БМА Руссланд», компания до сих пор работает на немецких владельцев. ООО «Воронежские дрожжи», которое принадлежит французской «Компани де Левюр Лесафр». Французская группа компаний Sucden с офисом в Париже, а сахарными заводами – в Липецкой области. Белгородская ООО «Русматрапак» с 19% акций немецкой фирмы «Матрапак ГМБХ». Предприятие с немецкими корнями в Липецкой области – ООО «ОБО Беттерманн Производство».
Национализация компаний с владельцами из недружественных стран
На фоне того, как страны Евросоюза объявили тотальную войну всему, что связано с Россией, и введения новых санкций в адрес ряда коммерческих организаций нашей страны всё чаще стал подниматься вопрос о национализации компаний с бенефициарами из стран, проводящих антироссийскую политику.
«Здесь не может быть какого-то универсального ответа. Каждый случай индивидуален, и стоит обращать внимание на то, насколько эти иностранные собственники, владеющие в России бизнесом, вредят нашей стране своими высказываниями или действиями», – считает президент союза «Торгово-промышленная палата Воронежской области» Сергей Петровский.
В то же время он приводит пример взаимодействия в рамках ТПП с предпринимателями из Италии, высказывающими желание и интерес работать в России и с Россией, несмотря на политику правительства их стран.
«Итальянский бизнес заявил свою позицию, абстрагируясь от своих политических функционеров. Такой подход можно только приветствовать», – дополнил собеседник бизнес-издания.
Еще одно мнение о национализации иностранного бизнеса высказал председатель курского регионального отделения Общероссийской общественной организации «Деловая Россия» Олег Малахов.
«К процессу национализации нужно подходить без перегибов. Этот вопрос требует взвешенного и системного решения, чтобы сохранить возможность восстановления деловых связей после разрешения нынешней политической ситуации. Мы должны понимать, что у процесса национализации есть еще и экономическая составляющая. Зачастую компании с иностранной долей участия финансово и ресурсно (сырье, комплектующие, оборудование, технологии) зависят от головного офиса и «завязаны» на поставках из-за рубежа. Как в таком случае будет продолжена работа после национализации? Не возникнет ли необходимости дотировать национализированные предприятия из бюджета? Также прецедент национализации может отпугнуть потенциальных инвесторов, которые могли бы заменить ушедшие иностранные компании», – говорит господин Малахов.
Акцент на негативном влиянии национализации на инвестиционный климат региона сделал и еще один эксперт «Абирега» – президент союза «Торгово-промышленная палата Орловской области» Светлана Ковалева.
По ее мнению, благоприятный инвестиционный климат в регионе складывается также и из гарантий права собственности.
«В случае успешной работы компании (создания новых рабочих мест, выплаты достойной заработной платы, налогов и сборов во внебюджетные фонды, участия в социально-культурной жизни региона, дальнейшего инвестирования в развитие производственных мощностей) возникают вопросы о целесообразности национализации таких компаний», – дополнила Ковалева.
Но есть пример, когда национализация – это защита интересов страны и национальной безопасности, – это кейс АО «Конти-Рус». Предприятия, созданного в 2004 году на базе курской кондитерской фабрики и входящего в украинскую группу «Конти». В ноябре 2023 года суд обратил в федеральную собственность акции компании из-за иска Генпрокуратуры об экстремизме, в частности из-за дискредитации ВС РФ и финансовой поддержки украинских сил.
Санкции, применимые к компаниям, демонстрирующим отсутствие лояльности к России
Экономисты и политики уже не раз заявляли о том, что России пора системно и открыто создавать трудности для компаний, работающих в интересах западного мира. Но пока компании-иностранцы продолжают получать немалую прибыль от своих «дочек» в нашей стране и не планируют покидать ее даже на фоне антироссийской политики.
«Прежде всего, компании с иностранным капиталом не должны получать поддержку от государства, в том числе финансовую. Запретить доступ к гостайне, секретным материалам и избирательным процессам страны. Просветительская и информационная деятельность, особенно направленная на несовершеннолетнюю аудиторию, тоже должна быть под запретом. Следует ограничить рекламную кампанию таких организаций. Если предприятие получило статус иноагента, то оно должно это указывать, в том числе на производимой продукции. За нарушение санкций должны быть предусмотрены весомые штрафы», – считает Олег Малахов.
К примеру, в Воронеже, невзирая на антироссийские санкции со стороны страны материнской немецкой компании BMA AG, работает и ООО «БМА Руссланд». Предприятие специализируется на производстве оборудования для переработки сахарной свеклы: это вакуум-аппараты, кристаллизаторы, камнеловушки, ботвосоломосушилки, приемные мешалки. Получать всё новые контракты на поставку техники им не мешают ни заявления главы минэкономики Германии Роберта Хабека об отказе от российских ресурсов, ни антироссийская политика страны Евросоюза в целом.
И пока подобные компании работают, получая миллионную выручку, вопрос о национализации их активов всё еще является дискуссионным. Применять, по мнению Сергея Петровского, «высшую меру наказания» – национализацию – необходимо крайне осторожно.
«Сам термин «отсутствие лояльности к России» требует пояснения, что под ним подразумевается. Допустим, молчание этих собственников по вопросам СВО, по позиции России – это тоже при желании можно отнести к нелояльности. Но я думаю, что это не совсем правильный подход. Если собственники действительно ведут себя некорректно по отношению к России, допускают негативные высказывания, оскорбления, то это уже вопросы, скажем так, репутационного плана этих компаний, и это повод отреагировать. Какие меры мы можем применить по отношению к ним? Признание иноагентом ограничивает в определенных правах. Есть еще возможность налагать штрафы, такая мера сегодня тоже существует и применяется», – пояснил господин Петровский.
Уход иностранных компаний с российского рынка: вред или польза?
Компании с иностранной долей участия, безусловно, влияют на региональный бизнес-климат, но если с одной стороны это влияние носит положительный характер (обмен инновациями, поставка оборудования), то с другой – влияет на продовольственную безопасность страны там, где иностранцы задействованы в сельхозпроизводстве и производстве продуктов питания.
Олег Малахов считает, что влияние ухода иностранной компании надо рассматривать в каждой отдельной сфере деятельности.
«Для экономики имеет существенное значение, если она производит или поставляет товары первой необходимости, продукцию, не имеющую российских аналогов, участвует в цепочке поставок значимых производств, и ее уход повлечет нарушение отлаженного механизма. Возможно, что уход компании, получившей статус иноагента, повлечет необоснованный рост цен, также компании может принадлежать крупная доля на рынке, она может являться градообразующим предприятием», – высказывает свое мнение собеседник бизнес-издания.
Мнение курского коллеги поддерживает и Сергей Петровский.
«Если это производство каких-то компонентов, которые мы сами не производим, то это может действительно нанести вред экономике. Давайте смотреть объективно: компания как таковая просто так уйти с рынка не может. Забрать свои станки, производственные корпуса, компетенции сотрудников – это невозможно. Всё остается здесь. Уход компании с рынка подразумевает вопрос: смогут ли новые собственники на имеющихся мощностях дальше выпускать ту же самую продукцию? Хотя подчеркну, что это будет временное явление – пока происходит замена поставщиков, налаживание новых логистических цепочек. Отбросить нашу страну назад это явно не сможет. В условиях глобальной экономики свято место пусто не бывает и всему можно найти замещение, нужны только время, желание и упорство», – сказал президент союза «Торгово-промышленная палата Воронежской области».
В качестве примера господин Петровский привел компанию «Воронежские трансформаторы», бывший немецкий Siemens, поставки компонентов которого импортозаместили из других стран после ухода иностранных топ-менеджеров. Предприятие удалось сохранить в рабочем состоянии.
Светлана Ковалева тоже считает, что при наличии конкурентов в отрасли, откуда уйдут иностранцы, местные предприниматели закроют эту нишу быстро и безболезненно. Однако есть отрасли экономики, где это может вызвать серьезные проблемы в краткосрочной перспективе, в том числе нарушение кооперационных цепочек.
Получение статуса иноагента иностранным бизнесом
Под статус иноагента за всё время существования федерального закона «О контроле за деятельностью лиц, находящихся под иностранным влиянием, пока не попала ни одна компания или производство с иностранным учредителем и контрольным пакетом акций из так называемых недружественных стран. Какие критерии могут повлиять на получение статуса?
«Два основных критерия для признания организации иноагентом – финансирование из зарубежных источников и участие в политической деятельности, направленной против безопасности России. В случае компаний с иностранным участием финансовый критерий априори мы опускаем. Остается политическая и общественная деятельность компании и ее руководства: риторика высказываний топ-менеджеров по определенной проблематике, участие в определенных акциях, поддержка и финансирование каких-то проектов и общественных организаций и пр. На мой взгляд, это те критерии, которые могут послужить поводом для пристального изучения деятельности компании на признак «иноагентства», – говорит Олег Малахов.
Противоположное мнение высказал Сергей Петровский. По его словам, зарегистрированные на территории России (даже с иностранными собственниками) компании наделены правами и обязанностями по законам РФ, поэтому назвать их иноагентами можно с натяжкой.
«При рассмотрении статуса иноагента мы должны руководствоваться несколькими моментами. Первое – добросовестность этой компании. Если она уплачивает налоги, платит достойную зарплату нашим согражданам, поддерживает социальные инициативы, то я не вижу оснований для прекращения работы этой компании или изъятия ее из собственности иностранных владельцев. А что касается продукции, то надо ее изучать под призмой двойного назначения. Если она экспортируется в недружественные страны и может быть непосредственно использована при производстве оружия или иной военной продукции, то тут есть необходимость присмотреться к такой компании», – говорит Сергей Петровский.
Подводя итог вышесказанному, важно отметить, что ряд компаний с иностранными «корнями», задействованных в стратегически важных отраслях промышленности РФ, должны работать под пристальным вниманием со стороны контролирующих органов. А владельцы-иностранцы – понимать, что над ними висит дамоклов меч и за любое проявление антироссийской риторики они могут понести не только репутационные риски, но вовсе лишиться своих дочерних компаний в России. При этом уход иностранных организаций с российского рынка не будет крахом, а наоборот – освободит ниши для отечественных производителей. В долгосрочной перспективе уход иностранцев станет предпосылкой для развития импортозамещения.